Полуденное марево размывало очертания гор на блекло-голубом фоне выцветшего от нестерпимого зноя неба. « Горы текут перед лицом Господа»-пела легендарная воительница Дебора ( Книга Судей, гл.5, стих 5). Текла, плыла качаясь на волнах жаркого безветрия, серая лента шоссе. Редкие деревья и кустарники, издали изгибавшиеся в причудливом танце рефракции от восходящих потоков воздуха, устало опускали свои ветви при приближении к ним.
Плыла, лениво шевеля плавниками неровностей береговой линии, в тонкой белой кайме высохшей соли, зелено - голубая гладь Мертвого моря. И здесь, в царстве раскаленных камней и обжигающего солнца, на узкой полоске между берегом моря и склонами гор, между двумя пустынями - Иудейской на западе и Арава на юге - на клочке земли площадью всего 14.5 кв. километров, в оазисе, известном еще с библейских времен под названием Эйн-Геди, в 1972 году был основан одноименный заповедник.
Благодаря родникам и ручьям, берущим с гор, эта узкая прибрежная лента изобилует растительностью и уникальным животным миром. Прошлым летом из-за неосторожного обращения с огнем туристами, в заповеднике дважды вспыхивали пожары, нанесшие серьезный ущерб кустам и зарослям камыша. Но изобилие воды и солнца быстро залечило раны и сейчас пострадавшие места выглядят как прежде. Основные источники воды в этом засушливом районе, где выпадаетне более 50 мм осадков в год, родники Давид, Аругот, Эйн-Шуламит и давший название всему оазису Эйн-Геди, «источник козленка». Это выходы на поверхность водоносных слоев, куда вода просачивается во время дождей, выпадающих «по ту сторону» гряды.
Первые поселения в оазисе возникли еще в добиблейское время. Здесь, в пещере за водопадом, скрывался Давид от царя Саула ( Кн. Шмуэль 1, гл23,стих 29, гл.24, стих 1 - 23). При встрече, в знак своих мирных намерений, Давид подарил Саулу отрезанный им лоскут ткани от плаща, которым накрывался царь во время сна. В те времена укрепленный лагерь на вершине горы назывался «крепость Эйн-Геди». Позднее, во времена восстания Бар-Кохбы, римский гарнизон сдал повстанцам город Эйн-Геди, ставший одним из центров восстания. Во все времена славились выращиваемые здесь финики и виноград, производились уникальные благовония из бальзамического дерева, секрет которых, увы, утерян. Историки затрудняются в определении, даже приблизительно, (III-VI век) даты вытеснения кочевниками-бедуинами евреев из этих мест. Возрождение Эйн-Геди началось после образования Государства Израиль, сначала как военное поселение вблизи иорданской границы, а с 1956 года и как процветающий по сей день кибуц. Объявление же оазиса особо охраняемой природной территорией позволило регулировать поток туристов, ибо только так можно сберечь этот уголок природы.
Первое, что попросят сделать вас на входе в заповедник - не брать с собой ничего съестного, только воду. Экскурсионная тропа пересекается с многочисленными тропами, по которым обитатели заповедника к заходу солнца идут на водопой. Горным козам, сернам, диким кабанам и другим травоядным и хищным обитателям этих мест совсем не на пользу пошли бы «бамба», «бисли» или остатки бутербродов. Итак, оставив сумки в камере хранения, доев мороженое и выбросив опустошенные упаковки - обертки вступаем в очень ухоженное царство дикой природы. Заповедник, как сказано было выше, небольшой и включает в себя два ущелья, с текущими по ним ручьями, вдоль течения которых произрастают более тысячи видов растений, в том числе папирус, тамариск, акация,олеандр. Маршрут доступен даже весьма посредственному «ходоку», в особо трудных местах вырублены ступеньки и закреплены стойки с перилами. Потому ничего не отвлекает вас от любования этим райским уголком. Белые скалы с сочной зеленью кустов нависают над тропой. Большие обломки породы, невесть когда оторвавшиеся от кряжа, перегораживают ручей, образую маленькие плотины, откуда вода, с тихим плеском, скатывается по вымытому ей же руслу. Суетливая стрекоза красной каплей застыла на выбеленном солнцем камне, подрагивая перепончатыми прозрачными крыльями. На тропе можно встретить вышедших вам наперерез из кустов горного козла с закрученными рогами или грациозную козу с козлятами. Они почти не боятся людей и будут щипать листву совсем близ ко от вас, но вплотную не подпустят. Очень красиво смотрятся эти грациозные животные на каком-нибудь утесе или выступе скалы. Вот из-под камня высунулась острая мордочка. Черная пуговка носа, поводив туда - сюда, вытянула на свет божий зверька, очень похожего на сурка. Это даман, он же - жиряк , он же - скальный заяц. Толстый и неповоротливый с виду, он очень подвижен, а особое строение конечностей позволяет легко перемещаться даже по вертикальным скалам, за что они и получили свое название (на иврите-«шафан села»). Их лапы похожи на небольшие копытца с подушечками, которые прижимаются к поверхности скалы. Потом при помощи специальной мышцы животное оттягивает серединку лапы, создавая эффект всасывания воздуха. И она прямо-таки присасывается к скале. Кроме того, на подошвах дамана есть еще и особые железы, выделяющие секрет, который облегчает присасывание. Столь сложное устройство конечностей позволяет животному легко карабкаться по отвесным скалам как вверх, так и спускаться вниз головой.
Но вот послышался шум большого водопада и тропа выводит нас к поросшей зелеными побегами скале, откуда с двухсотметровой высоты круглый год низвергается водопад Шуламит. Тут можно отдохнуть в прохладе, омыть разгоряченное лицо и даже искупаться. Есть и тропа, которая поднимается на вершину этого водопада. Побывавшие там утверждают, что открывающийся вид, заставит забыть и о палящих лучах солнца, и о трудном восхождении. Нам не повезло - мы не успевали подняться туда. Близилось время закрытия, уже шел к нам, напомнить о приближении часа «Ч», времени водопоя, сотрудник заповедника «закрывая тропу» и проверяя, не отстал ли кто от предыдущих групп. Перед самым выходом из долины донесся до нас далекий рык леопарда - хозяина здешних мест. Их осталось совсем немного, не больше десятка и в места их обитания туристам вход строго закрыт, в основном из-за стремления оградить дикую жизнь леопарда. Хотя, похоже, большие пятнистые кошки неплохо приспособились к цивилизации, таская живность из соседнего кибуца.