24 мая исполняется 10 лет с момента вывода израильских войск из Южного Ливана - события, которое в мире назвали первым военным поражением Израиля. Ему предшествовала мощная общественная кампания, набиравшая обороты всякий раз, когда в Ливане погибал израильский солдат. В этом хоре, требующем отступления, терялись голоса профессиональных военных, призывавших изменить самоубийственную тактику. Ведь солдаты, по сути, служили живыми мишенями: они находились под прицелом боевиков, не имея возможности их атаковать.
Увы, эта тактика диктовалась политиками, а не военными, да и решение о выходе из Ливана преследовало политические цели. Левые и центристы, к которым причислял себя Эхуд Барак, были уверены, что этот шаг откроет путь к миру. Барак рассчитывал заключить мирный договор с Сирией, одним из условий которого стал бы уход обеих армий с ливанской территории. Что касается безопасности, то многие верили словам премьера, в прошлом солдата номер один , о том, что ЦАХАЛ даст достойный ответ боевикам, если они осмелятся атаковать наши границы после вывода войск из зоны безопасности.
На фоне этих надежд неожиданной оказалась реакция международного сообщества. Так, Центр по политике безопасности в Вашингтоне констатировал, что Израиль впервые де-факто признал поражение от арабской армии , точнее, от сброда - исламской экстремистской группировки, поддерживаемой Ираном и Сирией. Соседи тут же обвинили еврейское государство в провоцировании новой войны, к которой может привести односторонний вывод израильских войск из Ливана. Такая позиция была озвучена на совещании арабских министров иностранных дел в Бейруте в марте 2000 года. Тут же прозвучало требование освободить все прочие оккупированные территории , включая Иерусалим, и предложение к Израилю - принять 350 тысяч палестинцев, живущих в Ливане. Главное же - арабский мир увидел, что Израиль сломался : он согласен на уступки и не хочет воевать.
В израильском обществе высказывались и альтернативные предложения в отношении северной границы. Среди них была, например, идея аннексировать зону безопасности, защитив от Хизбаллы не только население Севера, но и десятки тысяч ливанских христиан, сотрудничающих с ЦАХАЛом с 1982 года. Но она даже не рассматривалась ввиду ее очевидной радикальности и агрессивности .
В результате все произошло не так, как мечталось и планировалось. Выход из Ливана пришлось проводить в одностороннем порядке, спешно и непрофессионально, оставляя противнику технику и опорные пункты, бросая на произвол судьбы военнослужащих армии Южного Ливана (ЦАДАЛ) - практически единственных последовательных союзников Израиля в арабском мире. ЦАДАЛ прикрывал отступление израильской армии, но его сил явно не хватало, чтобы удержать Южный Ливан. Неудивительно, что еще до отхода израильтян началось массовое дезертирство. Хизбалла вошла в зону безопасности, практически не встречая сопротивления, за один день заняв 20% ее центральной части. На захваченной территории тут же начались карательные акции против изменников . Те наши союзники, которые успели перейти через КПП, получили вид на жительство и право на работу в Израиле. Судьбу остальных решала Хизбалла .
Уход Израиля придал этой группировке небывалый политический вес. Под ее контролем оказался практически весь Южный Ливан; она превратилась во влиятельную партию, представленную в парламенте страны. Палестинские боевики безусловно признали авторитет Хизбаллы - ведь она показала всем, как надо побеждать оккупантов .
Все это стало очевидно вскоре после отступления, но еще оставались какие-то иллюзии. Например, что ООН И США позаботятся о мире на северной границе. И что, если случится провокация, Израиль ответит серьезным ударом, за который никто нас не осудит.
Последующие годы развеяли все заблуждения. Минометные, артиллерийские, автоматные обстрелы, нападения на пограничные районы продолжались с завидным постоянством. К 2005 году ситуация была схожа с той, которая предшествовала Ливанской кампании 1982 года. Жители северных городов и поселений снова привыкали ночевать в бомбоубежищах. С момента вывода войск и до начала Второй Ливанской войны от атак Хизбаллы погибло 20 израильтян и 65 получили ранения. С помощью сирийских и иранских спонсоров Хизбалла интенсивно вооружалась; вдоль границы с Израилем строилась система подземных бункеров, наращивался ракетный потенциал. Когда пришла пора воевать, ЦАХАЛ столкнулся уже не с партизанскими подразделениями, а с организованной, хорошо оснащенной армией. В сентябре 2004 года Совет Безопасности ООН принял резолюцию, требующую разоружить все военизированные группировки в Ливане. Но к этому времени в стране так и не появилось структуры, способной призвать к порядку Хизбаллу .
Дальнейшие события известны. 12 июля 2006 года боевики атаковали патруль ЦАХАЛа. Двое военнослужащих были похищены, трое убиты и двое ранены. Преследования привели к потере еще пятерых солдат. Началась операция, впоследствии получившая название Второй Ливанской войны. В ходе ее погибло 163 израильтянина, среди них 119 военнослужащих. В течение военных действий Израиль подвергался беспрецедентному давлению со стороны ООН и других международных кругов. Под их нажимом война была закончена 14 августа, так и не завершившись разгромом Хизбаллы , которая тут же объявила о своем триумфе. Так Израиль потерпел свое второе поражение в Ливане. Сегодня силы боевиков медленно, но верно восстанавливаются, и военные эксперты предупреждают о возможности новой войны на Севере.
Выводы из всей этой истории горькие, но неизбежные. Мы пока не можем себе позволить отступать. В том положении, в котором находился и продолжает находиться Израиль, отступление - всегда поражение.