Иорданские пограничники, как и остальные местные жители, меня также поразили. Я видел наглость и откровенное хамство на кордонах многих стран. В последнее время, конечно, чаще стали попадаться и культурные погранцы. Но здесь… С нами ехали молодожёны, которые уснули на заднем ряду. Пограничник, осуществляющий паспортный контроль, застыл на середине автобуса и растерянно спросил: «Что же делать, они ведь спят..?» Можно было ему посоветовать грубо растолкать их и посветить фонариком в лицо, как в поезде «Москва-Днепропетровск», но, боюсь, он бы принял это за очень злую шутку.

Короче, не буду отвлекаться, поскольку автобус уже катит по Израилю. Мы оставляем позади небольшие городки, поскольку путь лежит «в центр мира» – Иерусалим .

Останавливаемся в Кедронской долине, в скалах каменные дома древнейших поселений, над которыми возвышается Оливковая гора с бесконечными рощами и океаном серебряных листьев. Всё-таки за окном зима. С вершины открывается вид на иссушенную Иудейскую пустыню, простирающуюся до самого Мертвого моря. Раньше сюда, следуя религиозному ритуалу, израильтяне каждый год выпускали жертвенного козла, который уносил с собой, по их уверению, прочь грехи всего Иерусалима. Отсюда, оказывается, и пошло выражение «козёл отпущения».
Ещё чуть-чуть и мы уже поднимаемся в Иерусалим. Кстати, не принято говорить «входить» или «въезжать» сюда, в Иерусалим можно только «подняться». Гиды говорят, что в святой город человек поднимается не только физически, но и духовно. Потом я понял, что это действительно так.

И вот я стою у главной иудейской святыни – Стены Плача. Её длина 48 и высота 18 метров. Это место, куда приходят верующие помолиться и поплакать. Несмотря на то, что здесь всегда толпится народ, вы никогда не встретите семейных пар: мужчины и отдельно. Мужчины должны покрывать свою голову кипой, которую можно купить прямо у Стены. Кто-то приходит почитать священную Тору, другие — помолиться, иные — просто посидеть и подумать о жизни. Но почти все оставляют записки в каменных прогалинах Стены. Каждый обращается к Богу со своим, личным. Никто не смеет раскрывать эти послания, так как они адресованы только Всевышнему. Раз в месяц по распоряжению Верховного Раввината послания собирают и закапывают на Масличной горе. Гораздо труднее рабочим периодически очищать стену от губной помады.
Я тоже написал записку и вложил в расщелину. О чём? Ну, о чём может просить Бога молодой человек?!

Иду узкими улочками Старого города. Опять встречаю жизнерадостных девушек с непременным оружием.

Я вскоре очутился у «Церкви Столба», где, утверждают, скончалась Дева Мария.
Эту церковь ещё называют Горницей Тайной Вечери. Исторически сложилось, что это здание принадлежит сразу трем религиям. Первый этаж занят иудеями, второй и третий – христианами и мусульманами.

Под гробницей – могила Давида. Тысячелетия её место расположения вызывало споры. Долгое время считалось, что он похоронен в долине Кедрона, там же, где и все владыки Израиля. Однако часть иудеев-историков утверждала, что великий царь был погребён в созданном им же Иерусалиме. И подтверждение этому было наконец найдено совсем недавно.

Побывать в Иерусалиме и не взойти на Голгофу – всю жизнь будешь себя корить. По большому счёту, сюда-то и едут, чтобы пройти по следам последнего пути Иисуса Христа по Виа Долороза.

… В день пребывания у Храма Гроба Господня впервые за многие десятилетия на Иерусалим посыпался обильный и пушистый снег. Радости «русских» израильтян не было предела. Они бережно подставляли ладони под тающие снежинки, омывали лицо и счастливо улыбались.
- Господи, - говорили, - ну, всё как дома. Конечно, они имели в виду тот дом, который когда-то покинули, чтобы навсегда слиться с родным народом на Святой земле.